Отправить сообщение, заявку, вопрос

Зарегистрироваться для участия в конференции

Запросить консультацию специалистов по данному техническому решению

Рубрикатор материалов

Сейчас в информационной базе:
рубрик - 72 , авторов - 223 ,
всего информационных продуктов - 1979 , из них
статей журнала - 450 , статей базы знаний - 58 , новостей - 1429 , конференций - 2 ,
блогов - 7 , постов и видео - 23 , технических решений - 9

Copyright © 2016-2018 ГеоИнфо
Все права защищены

Разработка и сопровождение: InfoDesigner.ru
19 октября 2017 года

История инженерных изысканий от первого лица. Игорь Архангельский. Часть III

Редакция журнала «ГеоИнфо» продолжает серию публикаций под общим названием «История инженерных изысканий от первого лица». Нам кажется очень важным и интересным показать специалистам, работающим в XXI веке, как рождались те теории, которые сегодня стали такими привычными, как разрабатывалось оборудование, на котором и сегодня многие работают, как профессионалы середины прошлого века в спорах и дискуссиях создавали сегодняшнюю реальность инженерных изысканий.

В третьей части статьи Игорь Всеволодович Архангельский рассказывает о своей работе в институте Энергоизыскания (ЭИЗ) Минатома РФ в 1988 –2002 годах.

Архангельский Игорь ВсеволодовичГенеральный директор ООО «НПФ "НЕДРА"», к.г.-м.н.

Работа в институте Энергоизыскания (ЭИЗ) Минатома РФ, 1988 – 2002 года

В ЭИЗ меня пригласил директор института Б.В.Шевельков, с которым я познакомился в Ливии. Через некоторое время после начала работы я выехал на площадку Костромской атомной электростанции, находящуюся вблизи города Буй. Там работала изыскательская партия, которая раньше находилась в составе Ленинградского института «Гидропроект», а потом была передана в Министерство Атомной энергетики.

Работы производились в густом еловом лесу. Бурение велось буровыми установками УГБ-50М ударно-канатным способом с креплением обсадными трубами. Весь извлеченный из скважин керн отвозился на базу партии и помещался в кернохранилище. Образцы грунтов ненарушенного сложения (монолиты) тщательно консервировались и отправлялись в Ленинград в хорошо оснащенную лабораторию, где производился полный комплекс лабораторных испытаний. Кроме того, для выполнения научных исследований часть образцов направлялась в институт гидротехники им. Б.Е.Веденеева (ВНИИГ), в институт оснований и подземных сооружений им. Н.М.Герсеванова (НИИОСП), Московский и Одесский инженерно-строительные институты.

Я нередко обращался с вопросами к главному геотехнику Ленгидропроекта А.А.Кагану, занимавшимся этим объектом до передачи его в ЭИЗ. Кагана отличали высокая эрудиция и доброжелательность. Я получал от него много ценных сведений.

Весной 1989 года меня послали на Кубу на два месяца, поскольку я не должен был надолго отрываться от своего костромского объекта. Я прилетел в г.Ольгин, где кубинские специалисты выполняли инженерные изыскания для проектирования и строительства атомной станции. А советская сторона оказывала им техническое содействие, которое заключалось в поставке необходимого оборудования и консультациях специалистов. Первая кубинская АЭС уже строилась вблизи г.Сьенфуэгос.

Через два месяца, полный приятных впечатлений, я вернулся домой. Особое впечатление осталось от высочайшего уровня кубинского здравоохранения, конечно бесплатного. Так, например, Советский Союз в области стоматологии по сравнению с Кубой находился где-то в первобытном состоянии…

Помимо Костромской АЭС мы вели изыскания под новые атомные станции в Хабаровском крае, в Коми АССР, в Карелии. Велись изыскания и на действующих станциях – на Кольской АЭС вблизи г.Полярные зори, Белоярской АЭС недалеко от Свердловска, в районе Ленинградской АЭС. Производились изыскания в Сирии. Наши специалисты выезжали в Чехословакию и Польшу.

По результатам изысканий в Сирии вблизи г.Алеппо итоговый отчет был практически закончен. Однако не хватало очень важного прогноза возможной миграции радионуклидов в подземных водах в случае аварии на атомной станции.

Я обратился за помощью на кафедру гидрогеологии Ленинградского горного института к выдающемуся гидрогеологу В.А.Мироненко. С этого дня началось сотрудничество институтов и предприятий атомной энергетики с кафедрой гидрогеологии Горного института. Под руководством В.А.Мироненко и В.Г.Румынина стало развиваться новое направление по изучению влияния атомно-промышленного комплекса на подземные воды – радиогеоэкология.

В августе 1991 года я выехал в Иран, где на севере страны вместе с другими геологами мы выбирали место для строительства атомной станции. В это время на юге страны – в Бушере – Советским Союзом достраивалась атомная станция, которую начали строить западные немцы, отказавшиеся от дальнейшего строительства после Исламской революции.

На севере Ирана инженерно-геологические условия оказались весьма неблагоприятными для строительства АЭС. Во время нашего пребывания произошел довольно сильный подземный толчок. В результате на поверхности образовались глубокие трещины. Каспийское море в тот период наступало и подтопило селения туркменов. Грунты оснований оказались нефтегазоносными. Большое распространение имели морские илы и т.п.

После возвращения на родину дела в атомной энергетике, также как и в целом по стране, становились все хуже и хуже. Прекратилось финансирование изыскательских работ, не выдавалась зарплата. Почти 10 лет мы не работали, а прозябали...

Я организовал собственную фирму – ООО «Научно-производственная фирма «НЕДРА» и покинул ЭИЗ. Однако таких интересных работ, какие у меня были, когда я работал в советских организациях, я больше никогда не имел…