Отправить сообщение, заявку, вопрос

Отправить заявку на посещение мероприятия

Отправить заявку на участие как экспонент

Запросить консультацию специалистов по данному техническому решению

Рубрикатор материалов

Сейчас в информационной базе:
рубрик - 71 , авторов - 316 ,
всего информационных продуктов - 2849 , из них
статей журнала - 593 , статей базы знаний - 85 , новостей - 2031 , конференций - 4 ,
блогов - 8 , постов и видео - 104 , технических решений - 4

Copyright © 2016-2019 ГеоИнфо
Все права защищены

Разработка и сопровождение: InfoDesigner.ru
Геотехника

ЕВГЕНИЙ ЕРМОНИН: Современный геотехник должен владеть прочностными расчетами конструктива

Ермонин Евгений Алексеевич
29 мая 2019 года

Все чаще приходится сталкиваться с тем, что строительные компании создают в своей структуре проектные и изыскательские подразделения для обеспечения себя качественной и экономически эффективной проектной документацией. Благодаря этому работающие в таких структурах специалисты становятся настоящими "производственными эрудитами", разбирающимися практически во всех тонкостях и нюансах проектирования. И пока другие говорят, что современный изыскатель должен становиться геотехником, такие специалисты утверждают, что современный геотехник должен разбираться и в конструировании. Они в своей работе сталкиваются с тенденцией перехода к единой системе моделирования, в которой приходится учитывать и надземные, и подземные конструкции. И это очень интересно.

Об этом мы поговорили ведущим конструктором компании "Инжиниринг геотехнических систем" Евгением ЕРМОНИНЫМ, с которым встретились на курсах повышения квалификации в АО "МОСТДОРГЕОТРЕСТ".

Ермонин Евгений АлексеевичВедущий конструктор ООО «Инжиниринг геотехнических систем»

Ред.: Евгений, правильно я понимаю, что Вы работаете конструктором, но при этом отвечаете именно за подземную часть?

Е.Е.: В настоящее время я работаю ведущим конструктором в организации «Инжиниринг геотехнических систем». Компания входит в структуру ГК «Гранит» большого холдинга, специализирующегося на строительно-монтажных работах. Наше подразделение было создано для обеспечения строителей качественной проектной документацией. При этом моя основная задача выполнение геотехнических расчетов. Это инженерная защита, фундаменты, расчеты котлованов и заглубленных сооружений, расчеты устойчивости. Иными словами, анализ того, что происходит под землей при строительстве.

 

Ред.: Скажите, в таком случае Вы конструктор или все-таки геотехник? Ведь то, что Вы сейчас перечислили, традиционно относят к компетенции этих специалистов?

Е.Е.: Безусловно, я отношу себя к геотехникам. Хотя конструирование мне совсем не чуждо. Моя первая специальность промышленное и гражданское строительство. Там, изучая в т.ч. и механику грунтов, мы не настолько углублялись в тонкости и нюансы, как требует геотехнический анализ. Только вторая специальность (проектирование и строительство подземных транспортных сооружений), самостоятельное изучение и полученный опыт позволили профессионально заниматься этой работой.

При этом, все же, вопрос не совсем правомерен. Действительно, в классическом понимании, конструктор занимается надземной частью, а геотехник подземной. Однако, на мой взгляд, в последнее время очень выражена тенденция перехода к единой системе моделирования, в которой приходится учитывать и надземные, и подземные конструкции. Современный геотехник должен владеть прочностными расчетами конструктива надземной части, чтобы иметь возможность собрать полную расчетную схему, пусть приближенно, в специализированных геотехнических программах, что позволит учесть основные моменты поведения фундамента в связке с надземной частью.

 

Ред.: Как выстраиваются отношения с инженер-геологами, которые работают с Вами?

Е.Е.: У нас в компании есть отдел, который занимается инженерными изысканиями, в том числе, инженерно-геологическими. Кстати, когда в конце прошлого года я приезжал на курсы в АО «МОСТДОРГЕОТРЕСТ», руководство отправило со мной руководителя направления инженерно-геологических изысканий. Это помогло нам найти общий профессиональный язык. И это не преувеличение. Сейчас уже всем хорошо известно, сколько нужно параметров грунтов, сколько нюансов необходимо учесть, чтобы корректно смоделировать и математически описать поведение грунта. Однако до тех пор, пока для геолога все это просто условные обозначения в техническом задании, непонятно откуда берущиеся, добиться качественного результата просто невозможно. Эта проблема всем знакома.

Вместе с тем, конструктивное решение того или иного вопроса в плоскости геотехники невозможно без постоянного сопровождения со стороны геологов. Поэтому тесная, взаимосвязанная работа с геологами крайне необходима.

 

Ред.: Расскажите, пожалуйста, как работает взаимосвязь изыскателей, проектировщиков и строителей в Вашей организации? Например, кто составляет ТЗ? Часто приходится слышать, что заказчик сам это сделать, как правило, не может.

Е.Е.: Если говорить о нашей организации, то на начальном этапе мы стараемся изучить участок будущего строительства вместе с геологами. Это происходит еще до того, как формируется ТЗ для изыскателей. На этом этапе мы стараемся выехать на место, увидеть ситуацию своими глазами. В районах, где мы работаем, геологическая изученность, как правило, неплохая, что позволяет нам опираться также на архивные материалы.

Далее, исходя из того, что нам нужно построить, и что у нас находится под землей, оценивается сложность задачи и ключевые моменты, которые необходимо получить от изыскателей. Затем составляется ТЗ, выполняются все необходимые работы и по мере получения первых технических данных набрасываются проработки будущего объекта. В результате, после того, как мы получаем итоговый отчет, как правило, разница между реальными грунтовыми условиями и тем, что мы ожидали, оказывается несущественной, а мы уже хорошо ориентируемся в грунтовых условиях площадки.

Ред.: Сейчас очень широко обсуждаются BIM-технологии в проектировании. Но в изысканиях это еще совсем не развито. Вы с этим сталкиваетесь в своей работе?

Е.Е.: Про BIM-технологии в последнее время ведется очень много разговоров. И в целом, безусловно, это очень перспективное направление развития отрасли. Однако мы пока еще ни одного проекта в полноценном формате BIM не выполняли. У нас, как и у абсолютного большинства других организаций, пока не получается интегрировать все системы в одну. Это получается, например, у некоторых моих коллег, которые работают в сфере промышленного и гражданского строительства, у них эта задача несколько проще. Все-таки у них есть программные средства, которые позволяют неплохо суммировать и архитектурные вопросы, и конструктивные, и потом отрабатывать каждое направление в деталях. У нас это гораздо сложнее, поскольку наше профессиональное геотехническое программное обеспечение для этого пока не предназначено. Да, есть утилиты, которые позволяют определенные моменты оптимизировать, например, связать результаты расчетов надземного каркаса с геотехническим программным обеспечением, но все равно назвать это полноценным BIM нельзя.

 

Ред.: Как Вы автоматизируете работу изыскателей, чтобы упростить работу с полученными ими данными?

Е.Е.: У нас есть набор стандартных, хорошо зарекомендовавших себя программ, которые позволяют получить данные от изыскателей в удобном для дальнейшей работы формате. В этом списке, кстати, можно назвать даже всем известный Excel. Мне как геотехнику важно получить формат, который бы позволил максимально быстро импортировать информацию в геотехническое программное обеспечение. И здесь тоже всем известные программы AutoCad, Civil 3D.

Что касается интерпретации лабораторных данных, то тут никаких проблем нет. Стандартного пакета Microsoft Office нам достаточно для того, чтобы импортировать все полученную информацию.

 

Ред.: Насколько точны в результате такой совместной работы Ваши расчеты?

Е.Е.: Действующие нормативные документы требуют от геологов проведения определенной математической обработки результатов работы. В результате этого и введения коэффициентов надежности, которые нам необходимы для перехода к расчетным значениям по 1 и 2 группам предельных состояний, мы можем получить, к сожалению, искаженную картину поведения грунта. Например, при обработке трехосных испытаний. И это очень сложный момент. С одной стороны, мы находимся в рамках теории предельных состояний. Но, с другой, это не очень хорошо, поскольку реальное поведение грунта искажается. И поэтому хорошо, что в нормативных документах, наконец, начали появляться моменты, отходящие от введения коэффициентов надежности получения значений по 1 группе предельных состояний и говорят только об использовании нормативных характеристик. Мне, как геотехнику, это более импонирует.

 

Ред.: В декабре Вы приезжали на курсы в АО «МОСТДОРГЕОТРЕСТ», чтобы посмотреть, как работают геологи, какие данные они могут получать. И с Вами приезжал геолог из Вашей организации. После этого обучения что-то изменилось в работе?

Е.Е.: Даже несмотря на то, что тематика этих курсов была мне неплохо известна, я тогда посмотрел новые приборы, получил профессиональные консультации по ряду вопросов. А наш начальник отдела инженерно-геологических изысканий узнал много нового и полезного. Как я уже говорил, раньше многие данные, необходимые мне для работы, для геологов были просто словами или мертвыми графиками. А здесь наш геолог все увидел своими глазами: как, например, проводятся испытания по неконсолидированно-недренированной схеме. И это, безусловно, мотивация для изыскателей, чтобы переходить на новый уровень. В общем, отличные курсы повышения квалификации!

 

От редакции: вся информация по курсам, проходящим в АО «МОСТДОРГЕОТРЕСТ», доступна на официальном сайте организации.

Поделиться