Отправить сообщение, заявку, вопрос

Отправить заявку на посещение мероприятия

Отправить заявку на участие как экспонент

Запросить консультацию специалистов по данному техническому решению

Рубрикатор материалов

Сейчас в информационной базе:
рубрик - 75 , авторов - 268 ,
всего информационных продуктов - 2425 , из них
статей журнала - 511 , статей базы знаний - 73 , новостей - 1758 , конференций - 3 ,
блогов - 7 , постов и видео - 64 , технических решений - 4

Copyright © 2016-2018 ГеоИнфо
Все права защищены

Разработка и сопровождение: InfoDesigner.ru
10 августа 2016 года

Эрозионная активность придонных течений в рельефе дна Баренцева моря

В статье представлены результаты морских изысканий в центральной части Баренцева моря, где наряду с типичными покмарками были обнаружены вытянутые депрессии. Дан обзор версий их происхождения. Показано, что их образование обусловлено эрозионной деятельностью придонных (контурных) течений. Описан механизм их возникновения на склонах Гусиной и Северо-Канинской банок. Рассмотренные формы рельефа (эрозионные котловины) и «поля» их распространения отнесены к геологически опасным площадкам для строительства морских сооружений.

Миронюк Сергей ГригорьевичСтарший научный сотрудник ООО «Центр морских исследований МГУ им. М.В. Ломоносова»
Шельтинг Сергей КонстантиновичГлавный геолог ООО «Сварог»
Кохан Андрей ВалерьевичИнженер-геотехник ООО «Сварог»

Абразия в береговой зоне, штормовые деформации дна, размыв обваловок и грунтов обратной засыпки заглубленных трубопроводов, грунтовых оснований трубопроводов, расположенных на дне, могут привести к оголению и провисанию трубопровода и, как следствие, вызвать гидродинамическую неустойчивость трубопроводов к поперечным смещениям, повысить вероятность их механического повреждения ледяными образованиями, траловыми досками, якорями и т.д.

В глубоководных зонах морей наибольшую опасность для надежной работы трубопроводов среди различных типов экзогенных процессов представляют гравитационные потоки, оползни и эрозия осадков, вызванная неволновыми течениями (приливо-отливными, контурными и др.).

Интенсивная эрозия может вызвать переформирование профиля морского трубопровода, что, в свою очередь, влечет за собой образование неприемлемых свободных пролетов и последующее прогибание трубопровода.

Согласно [12], при выборе трассы трубопровода должен быть учтен ряд факторов, среди которых к источникам геологических опасностей могут быть отнесены:

нестабильность морского дна;

неровности морского дна (а - помехи в форме обнажения скальных пород, глыб, углублений дна и т.п., которые могут повлиять на устойчивость и монтаж трубопровода, а также потребовать проведения перед монтажом трубопровода работ по выравниванию морского дна или удалению грунта; б - потенциально неустойчивые склоны; в - глубокие впадины и эрозия в форме следов размыва) и др.

СП 11-114-2004 «Инженерные изыскания на континентальном шельфе для строительства морских нефтегазопромысловых сооружений» [11] предписывает изучение динамики донных осадков, включая «определение условий, при которых наступает размыв морского дна, взвешивание наносов и перенос осадков в виде слоя разжиженного грунта, оценку скорости размыва донных отложений, скорости осадконакопления и возможных деформаций дна, связанных с этими процессами».

Применительно к настоящей работе, исследуемыми источниками геологических опасностей являются эрозионные процессы, развитые на отдельных участках Баренцева моря. Следует отметить, что эрозионные процессы на морском дне рассматриваемой акватории, за исключением прибрежной зоны, изучены недостаточно [4,6].

Между тем, эрозионные формы широко распространены во всех океанах и морях и варьируют в размерах от миллиметров до сотен километров. Максимальная эрозия и наибольшее количество эрозионных форм наблюдается в проливах, внутрибассейновых каналах, проходах для придонных течений, т.е. везде, где течения локально усиливаются (склоны подводных хребтов, гор, холмов («банок») и эскарпов) [5].

Донные грунты в зависимости от гранулометрического состава и прочности структурных связей могут быть эродированы течениями со скоростями 6-40 см/с. Например, для эрозии неконсолидированных глинистых частиц и ила требуются скорости придонных течений от 10 до 20 см/с, а для размыва песков – выше 50 см/с [5,13].

Изучение рельефа морского дна и эрозионных процессов как части исследований для строительства морского трубопровода осуществлялось в Баренцевом море компаниями ООО «Питер Газ» и ООО «Сварог» в 2007–2011 гг. с использованием непрерывного сейсмоакустического профилирования (НСАП), гидролокации бокового обзора (ГЛБО), многолучевого эхолотирования, наблюдений с помощью подводной видеосъемки. Указанные дистанционные методы обеспечили возможность обследовать морское дно с детальностью, значительно превосходящей таковые предшествующих работ. Полученные материалы и новые программные средства обработки данных геофизических наблюдений позволили выявить на морском дне природные объекты, недоступные ранее для наблюдения, и изучить механизмы их формирования.

В частности, на площади Штокмановского ГКМ (ШГКМ) были детально изучены покмарки [8,9], ранее описанные М.Ховландом и А.Юддом в Норвежском море и в западных районах Баренцева моря [15, 17] и М.А.Левитаном, А.Ф.Бяковым и А.Н.Дмитриевским в российском секторе Баренцева моря [7].

В указанной работе М.Ховланда [15] впервые в рассматриваемом секторе Арктики были описаны, помимо типичных округлых, т.н. «продолговатые покмарки» (elongated pockmarks). Область их распространения – склоны и районы морского дна, подвергающиеся воздействию сильных придонных течений [16]. Существуют различные мнения относительно природы указанных депрессий. М.Ховланд считал, что их происхождение обусловлено комбинацией факторов: выбросом приповерхностного газа, геометрией верхних горизонтов геологического разреза и действием придонных течений. Другие специалисты образование продолговатых покмарок объясняют исключительно эрозией, связывают с крипом, оползневыми процессами, которые и определяют их удлиненную форму [2, 19].

Показано, что округлые покмарки, возникшие в результате выброса газа [17], могут трансформироваться (эволюционировать) позднее в эллиптические и продолговатые депрессии в результате эродирующей силы придонных, в т.ч. контурных течений и оползневых процессов [24, 25].

Впервые обнаруженные геофизическим отделом ООО «Питер Газ» (начальник отдела С.М. Клещин) в 2010 г. в российском секторе Баренцева моря продолговатые депрессии (первоначально отнесенные к покмаркам) прослеживаются, в основном, на стокилометровом участке северо-западного склона Гусиной и Северо-Канинской банок (рис. 1, 2). Здесь рассматриваемые отрицательные микро- и мезоформы представлены системой обособленных продолговатых образований, вытянутых, в целом, в направлении ЮЗ-СВ, что согласуется с направлением как контурных течений, так и поверхностного Мурманского течения [1].

Рис. 1. Схематичная трехмерная модель рельефа дна южной части Берингова моря Рис. 1. Схематичная трехмерная модель рельефа дна южной части Берингова моря

 

Рис.2. Поле эллиптических и продолговатых депрессий на склоне Северо-Канинской банки Рис.2. Поле эллиптических и продолговатых депрессий на склоне Северо-Канинской банки

 

Рис.3. Пример округлых покмарок в Центральной впадине Баренцева моря Рис.3. Пример округлых покмарок в Центральной впадине Баренцева моря

 

На дне Баренцева моря встречаются три морфологических класса депрессий: округлые (рис. 3), эллиптические (рис. 4) и, как упомянуто выше, продолговатые (рис. 5).

Как будет показано ниже, только округлые депрессии могут быть уверенно отнесены к собственно покмаркам (pockmarks) – «газовым» кратерам на дне морей и океанов, обязанных своим происхождением выбросам газа (в основном метана) из толщи морских осадков. Первоначально имеют овальную (округлую) форму. Являются поисковым признаком для нахождения углеводородов

 

Рис.4. Пример участка с преобладанием эллиптических депрессий Рис.4. Пример участка с преобладанием эллиптических депрессий

 

Рис. 5. Участок с преобладанием продолговатых депрессий на склоне Северо-Канинской банки Рис. 5. Участок с преобладанием продолговатых депрессий на склоне Северо-Канинской банки

 

Особенностью морфологии продолговатых депрессий является их вытянутость в определённом направлении и различный уклон склонов: один из них выположенный, другой более крутой. Ранее специалистами ООО «Питер Газ» (С.М.Клещиным, С.Г.Миронюком) было высказано предположение, что как и округлые воронки они образовались в результате взрывного выброса газа из толщи донных отложений. Однако, как показано в настоящей статье, собранные материалы свидетельствуют, что образование удлиненных депрессий обусловлено эрозионной деятельностью придонных течений на участках распространения древних округлых  покмарок.

На наиболее удаленном от берега участке трассы трубопровода, в пределах склонов Гусиной и Северо-Канинской банок, депрессии вытянуты в направлении 40°–220° и имеют длину 60–180 м, ширину 25–65 м, глубину 0,5–6 м. Верхнюю часть геологического разреза здесь слагают глинистые илы мощностью 0,7–2,8 м и глины текучие мощностью 1,5–3,0 м. На участке наблюдается наибольшая плотность депрессий.

Далее по направлению к берегу размеры депрессий увеличиваются. Они имеют большую длину: от 120 м до 400 м, ширину 35–110 м и глубину 3–10 м. Плотность этих форм заметно уменьшается вплоть до 1 шт/кмІ (рис. 6), что обусловлено развитием здесь более эрозионноустойчивых грунтов: песков пылеватых и мелких, реже средней крупности, средней плотности, с гравием и галькой. Рельеф данного участка трассы пологий с общим уклоном дна 0,1°. Глубина моря изменяется на этом участке от 272 м до 238 м. На соседнем участке по направлению к берегу плотность депрессий вновь закономерно увеличивается (рис. 7). Здесь распространены глины и суглинки текучие общей мощностью 5,0 м и более.

Направление депрессий 15°–195°. Глубина данных форм составляют 0,5–5 м, ширина 30–120 м, длина 90–280 м.

 

Рис. 7. Пример продолговатых депрессий, имеющих направление 15°–195° Рис. 7. Пример продолговатых депрессий, имеющих направление 15°–195°

 

Необычная форма депрессий и особенности их распространения потребовали дополнительного сбора и анализа материалов, в т.ч. литературных источников, с целью уточнения генезиса рассматриваемых форм рельефа дна Баренцева моря.

 

Методика исследований

ООО «Сварог» в рамках ряда контрактов выполнялись работы в восточной части Центральной котловины Баренцева моря, на Гусиной террасе, Мурманской банке, Северо-Мурманской террасе, в Кольском желобе и на плато Федынского. На участках работ проводились НСАП, батиметрическая и ГЛБО. Большой объем данных был получен с использованием ROVPantherPlus 919, с установленными на нем многолучевым эхолотом ResonSeaBat 7125, гидроакустическим комплексом Edgetech 2200 M и системой видеонаблюдения Seaeye. На обследованных участках была получена высокоточная цифровая модель рельефа дна разрешением 0,5х0,5 м, монтажи амплитуд обратного рассеивания акустического сигнала разрешением 0,5х0,5 м, монтажи сонограмм, акустические разрезы с глубиной проникновения сигнала до 22 – 25 м. При интерпретации данных профилирования использовались данные опробования, статического зондирования и видеонаблюдений.

 

Результаты

При выполнении работ по проекту обустройства ШГКМ в восточной части Центральной котловины, на Гусиной террасе, у подножья Северо-Канинской банки, на конусах выноса желобов Гусиного и Нордьюпет на глубинах от 260 до 300 м обнаружены области, рельеф которых осложняют многочисленные локальные впадины удлиненной формы. Размеры депрессий достигают 300–400 м в длину, 100–120 м в ширину, при глубине до 10–12 м. В поперечном сечении дно впадин имеет форму окружности, в продольном сечении их профиль близок к «аэродинамическому» (Рис. 8). На дне впадин на основании интерпретации данных гидролокации обнаружены скопления валунов. Связанные с образованием «классических» округлых покмарок газовые факелы в водной толще [10] не обнаружены.

Все собранные материалы свидетельствуют об эрозионной природе описанных впадин, которые образуют обширные поля. При этом на участках максимального развития впадин расстояния между бровками соседних форм варьируют от 20–30 до 100–120 м. На таких участках число впадин может достигать 120–140 шт./км2, а пораженность поверхности дна эрозионными формами – 65–70%. Длинные оси впадин имеют общую ориентировку, которая совпадает, как показано выше, с общим направлением придонных течений. Эрозионные впадины формируют сильно пересеченный мезорельеф морского дна с минимальными уклонами его поверхности на участках между формами и в их днищах (от 10–15? до 1–2°), и максимальными уклонами (в основном до 20-25°, в единичных случаях до 35–45°) на склонах эрозионных депрессий. Перепад отметок глубин при этом может достигать 10–15 м.

Было описано несколько морфологических типов эрозионных впадин, различающихся размерами и формой. Впадины первого типа, с коэффициентом удлинения до 1,5-2 ед. (рис. 8, А), имеют длину до 60-80 м, ширину до 25-40 м, глубину до 3-5 м. Крутые склоны впадин, с уклонами до 10-20°, располагаются по направлению их удлинения. Пологие склоны впадин обладают крутизной до 5-7°.

У впадин второго типа, с коэффициентами удлинения до 2-3 ед. (рис. 8, Б), юго-западные склоны более крутые, северо-восточные - пологие, крутизной до 5-10°. Уклоны бортов, ориентированных вдоль длинной оси впадин достигают 25-30°. Пологие борта впадин обладают крутизной до 5-7°. Длина впадин - 100-150 м, ширина 50-80 м, глубина достигает 8-10 м.

Для впадин третьего типа (рис. 8, В) характерны максимальные коэффициенты удлинения до 3-4 ед. На крутых юго-западных склонах впадин уклоны достигают 30-45°. Северо-восточные их борта пологие, с уклонами до 5-10°. Длина впадин достигает 300-400 м, ширина 100-120 м, глубины до 10-12 м. На отдельных участках, когда впадины располагаются на расстоянии, сопоставимом с их размерами, они могут сливаться, образуя сложный мезорельеф морского дна на больших площадях. При близком расположении, цепочки эрозионных депрессий могут создавать протяженные рвы (Рис. 8, Г).

Описываемые впадины образуются на площадях донной эрозии, в пределах которых на поверхности дна обнажается толща плейстоценовых (осташковских?) ледниково-морских и морских глинистых отложений (m, mgIIIos), перекрытых чехлом палимпсестовых отложений, образовавшихся в результате размыва придонными течениями чехла плейстоцен-голоценовых (mIII-IV) отложений и верхней части осташковских отложений [3]. При этом замечено, что удлиненные депрессии образуются на участках, где на поверхность дна выходят округлые покмарки, проникающие в толщу плейстоценовых отложений и заполненные плейстоцен-голоценовыми илами. Поля покмарок, осложняющие рельеф эрозионной поверхности плейстоценовых глин, обнаруживаются по данным НСАП и ГЛБО и распространены на огромных площадях Баренцева моря. Их глубина достигает 5–10 м, диаметр – до 50–100 м, а плотность до 300–350 шт./км2

В областях аккумуляции покмарки заполнены и перекрыты толщей позднеплейстоцен-голоценовых илов (mIII-IV) и не проявляются в современном рельефе. Но на площадях донной эрозии, где эрозионная поверхность плейстоценовых грунтов обнажается на поверхности морского дна, происходит эксгумация погребенного рельефа и заполненные плейстоцен-голоценовыми илами покмарки оказываются на морском дне.

На ранних этапах эрозионного процесса происходит заложение эрозионной впадины на периферии древней покмарки (рис. 8, А, Д). Первоначально эрозия развивается на границе покмарок, расположенных на ССВ («наветренной» по отношению к преобладающим направлениям придонных течений) стороне. При этом эрозионный врез формируется преимущественно в плейстоценовых отложениях вмещающих покмарки. Отложения комплекса заполнения покмарок на этом этапе, в основном, не подвергаются эрозии. По мере углубления депрессии эрозионный процесс захватывает отложения комплекса заполнения покмарок, которые обнажаются на «подветренном» борту котловины (депрессии) (рис. 8, Б, Е). Реликт древней покмарки сохраняется в разрезе до тех пор, пока дно котловины не достигнет уровня дна покмарки (рис. 8, В, Ж). Но и после того, в некоторых случаях, на борту котловины сохраняется реликт комплекса заполнения древней покмарки. Глубина котловин на этом этапе достигает 10–12 м. В некоторых случаях расположенные на близком расстоянии котловины объединяются, образуя эрозионные впадины сложной формы (рис.5, 8, Г, Ж).

 

Рис. 8.Строение эрозионных котловин (депрессий) (схема). А-Г – строение эрозионных котловин в плане; А-В – эрозионные котловины, А – морфологический тип 1, Б – морфологический тип 2, В – морфологический тип 3, Г – цепочки эрозионных котловин; схематичные изобаты проведены через 0.5 м, серым цветом показаны участки с максимальными уклонами. Д-Е - схематическое отображение результатов акустического профилирования; Д – заложение эрозионных котловин на периферии древних погребенных покмарок, Е, Ж - реликты древних покмарок эродируются, формируются котловины лишенные осадочного заполнения. Стрелками показано направление придонного течения. Рис. 8.Строение эрозионных котловин (депрессий) (схема). А-Г – строение эрозионных котловин в плане; А-В – эрозионные котловины, А – морфологический тип 1, Б – морфологический тип 2, В – морфологический тип 3, Г – цепочки эрозионных котловин; схематичные изобаты проведены через 0.5 м, серым цветом показаны участки с максимальными уклонами. Д-Е - схематическое отображение результатов акустического профилирования; Д – заложение эрозионных котловин на периферии древних погребенных покмарок, Е, Ж - реликты древних покмарок эродируются, формируются котловины лишенные осадочного заполнения. Стрелками показано направление придонного течения.

Заключение

Детальное обследование морского дна с использованием телеуправляемых необитаемых подводных аппаратов (ТНПА) позволило выявить и детально описать мезоформы эрозионного рельефа – эрозионные котловины, открыло возможность проследить последовательные фазы развития этих образований (рис. 9) и охарактеризовать механизмы их формирования.

Участки развития описанных в работе эрозионных форм располагаются в восточной части Центральной впадины Баренцева моря в основании склонов Гусиной и Северо-Канинской банок, в области действия контурного течения, направленного против часовой стрелки вдоль подножья склонов Центральной впадины [20, 21]. Скорость потока течения в диапазоне глубин от 150 до 250 м варьирует от 3–5 до 10–20 см/с. На площадях донной эрозии, где эрозионная поверхность плейстоценовых грунтов обнажается на поверхности морского дна, происходит откапывание погребенного рельефа округлых покмарок. При этом на границе покмарок, где на морском дне граничат текучие морские илы комплекса заполнения воронок и текучие и текучепластичные плейстоценовые ледниково-морские и морские глины, возникают локальные неоднородности грунтовых условий. В условиях продолжающейся водной эрозии на литологической границе начинается размыв плейстоценовых глин и на участке, прилегающем к выведенной на поверхность дна покмарке, развивается эрозионная котловина. Особенностью эрозионных котловин, описанных в Баренцевом море, является их заложение на периферии заполненных текучими верхне-плейстоцен-голоценовыми морскими илами покмарок, и сохранение останца комплекса заполнения покмарки, на «подветренном» борту эрозионной котловины на ранних этапах ее формирования.

Особенности строения эрозионных котловин согласуются с результатами аналогового и численного моделирования, а также стационарными наблюдениями на сходных эрозионных объектах, полученными авторами работ [14, 22, 23]. В частности, ими было установлено, что образовавшаяся эрозионная впадина создает локальные неоднородности в потоке придонного течения. Над верхним (по отношению к течению) бортом скорость потока убывает (за счет увеличения сечения) а над нижним увеличивается (уменьшение сечения). Турбулентность потока, в свою очередь, приводит к размыву бортов впадины.

По-видимому, в рассматриваемом случае интенсивность размыва значительнее на «наветренном» борту, что приводит к консервации реликта древней воронки на «подветренном» борту на ранней стадии формирования эрозионной котловины. При этом на дне котловины наблюдается взвешивание тонких частиц в потоке и снос в наиболее глубокую ее часть грубых частиц и влекомых потоком обломков.

На участках, где древние покмарки и сопряженные с ними эрозионные котловины располагаются на малых расстояниях, расширение котловин может приводить к их слиянию. При этом формируются сложные эрозионные формы, состоящие из двух и более вытянутых котловин, в рельефе которых некоторое время остаются различимы формы исходных котловин. Часто встречаются слияния котловин, расположенных на одной линии. Такие образования приобретают форму эрозионных рвов. Возможно, при линейном расположении исходных эрозионных котловин возникает эффект фокусировки гидродинамических неоднородностей, что может способствовать образованию таких форм.

Таким образом, можно предположить следующий возможный механизм формирования обнаруженных форм (Рис. 9).

Формирование современной системы морских течений привело к установлению современного литодинамического режима акватории Баренцева моря. На восточном склоне Центральной котловины в области действия придонного контурного течения установился режим эрозии. На больших площадях покров верхнеплейстоцен-голоценовых отложений был размыт и на поверхности дна образовался покров палимпсестовых отложений. При этом на дне обнажилась поверхность плейстоценовых осадков с реликтовым рельефом покмарок, в которых сохранились осадки комплекса заполнения (рис. 9).

Литологические неоднородности на границах комплекса заполнения древних воронок в условиях продолжающейся эрозии послужили центрами развития очаговой эрозии – зарождения котловин. При этом зарождение котловин происходило на «подветренной» (по отношению к направлению течения) стороне покмарок. Возникшие на границе воронок котловины под действием водного потока расширялись. Продвижение происходило в основном за счет продвижения «наветренного» склона, отступавшего от границы древней воронки, при этом на «подветренном» склоне котловины эрозия не развивалась, так что здесь долгое время сохранялся врез воронки с комплексом заполнения.

При последующем расширении и углублении котловины «подветренный» склон постепенно отступал. По мере того, как котловина захватывала воронку комплекс заполнения воронки обнажался на «подветренном» борту. В дальнейшем, когда глубина котловины достигала глубины воронки останец воронки с комплексом заполнения, как правило, эродировался, однако в некоторых случаях, останец комплекса заполнения воронки сохраняется на подветренном борту переуглубленной котловины.

Последующая эволюция эрозионных котловин приводит к слиянию близкорасположенных котловин с образованием цепочек форм и, в конечном итоге рвов с реликтами перемычек в днище (Рис. 9, Е).

Рис. 9. Возможный механизм формирования эрозионных котловин на протяжении голоцена (схема, не в масштабе). А – погребенный рельеф древних покмарок, Б, В – начало формирования эрозионных котловин и палимпсестовых отложений, Г – котловины расширяются и углубляются, на их «подветренных» склонах сохраняются реликты воронок, в днищах накапливается грубый материал, Д – уничтожение древних воронок эрозией, Е – котловины сливаются, образуя ров с реликтом перемычки. Стрелками показаны направления перемещения придонных вод. 1 – морские и ледниково-морские отложения позднего плейстоцена (осташковского?) возраста, 2 – песчано-илистые морские отложения позднего плейстоцена-голоцена, 3 – палимпсестовые отложения, 4 – валуны. Рис. 9. Возможный механизм формирования эрозионных котловин на протяжении голоцена (схема, не в масштабе). А – погребенный рельеф древних покмарок, Б, В – начало формирования эрозионных котловин и палимпсестовых отложений, Г – котловины расширяются и углубляются, на их «подветренных» склонах сохраняются реликты воронок, в днищах накапливается грубый материал, Д – уничтожение древних воронок эрозией, Е – котловины сливаются, образуя ров с реликтом перемычки. Стрелками показаны направления перемещения придонных вод. 1 – морские и ледниково-морские отложения позднего плейстоцена (осташковского?) возраста, 2 – песчано-илистые морские отложения позднего плейстоцена-голоцена, 3 – палимпсестовые отложения, 4 – валуны.

 

Учитывая пространственные характеристики эрозионных котловин, обнаруженных в Баренцевом море, их следует рассматривать, наряду с другими покформами (pockforms) [18], как один из видов геологических опасностей.

При этом условия, в которых могут формироваться подобные образования, имеют широкое распространение на дне Баренцева моря. По данным авторов листа R-37-38 Государственной геологическая карты РФ [3], области распространения палимпсестовых отложений, формирующихся при размыве плейстоценовых ледово-морских отложений, занимают 6–7 % площади морского дна в пределах листа. Они распространены на поверхности дна Канинско-Колгуевской, Нижней Колгуевской ступеней, склонов Гусиного и Северо-Канинского плато, Мурманской возвышенности, Центральной впадины.

В этой связи, представляется необходимым при выполнении изысканий для строительства морских сооружений в Баренцевом море использовать комплекс дистанционных методов высокого разрешения. В первую очередь необходимо использовать системы эхолотирования, ГЛБО, НСАП, установленные на ТНПА и автономных необитаемых подводных аппаратах (AUV), которые позволяют описывать рельеф и изучать разрез с детальностью, обеспечивающей выявление и детальное обследование подобных локальных опасных форм рельефа.


Список литературы

  1. Атлас Мурманской области. Карта «Баренцево и Белое моря». Течения. Масштаб 10 000 000. М.: ГУК при Совмине СССР. 1971.
  2. Верба М. Л. Современное билатеральное растяжение земной коры в Баренцево-Карском регионе и его роль при оценке перспектив нефтегазоносности//Нефтегазовая геология. Теория и практика: электрон. науч. журнал. 2007. – Т.2. http://www.ngtp.ru/rub/4/026.pdf
  3. Государственная геологическая карта Российской Федерации. Масштаб 1:1000000 (третье поколение). Листы R-37, 38 – м. Святой Нос, м. Канин Нос. Объяснительная записка. [2006] СПб, Изд-во ВСЕГЕИ, 200 с.
  4. Инженерно-геологические и геокриологические условия шельфа Баренцева и Карского морей/ В. П. Мельников, В. И. Спесивцев.-Новосибирск: Наука, Сибирская издательская фирма РАН, 1995. 198 с.
  5. Кеннетт Дж. Морская геология: В 2-х т. Т. 2. Пер. с англ. М.: Мир, 1987. 384 с.
  6. Козлов С.А. Опасные для нефтегазопромысловых сооружений геологические и природно-техногенные процессы на Западно-Арктическом шельфе России // Электронный научный журнал «Нефтегазовое дело», http://www.ogbus.ru/authors/Kozlov/Kozlov 2.pdf. Опубликовано 10.02.2005. Уфа, 2005, 24 с.
  7. Левитан М. А., Бяков А. Ф., Дмитриевский А. Н. Первая находка газового кратера на шельфе Российской Арктики//Доклады АН, 1999, том 368, №3. С. 364-367.
  8. Миронюк С. Г., Клещин С. М. Опыт применения геофизических методов с целью идентификации морских геологических опасностей/ГеоИнжиниринг. № 1 (8) 2010. С. 48-54.
  9. Миронюк С., Клещин С. Геофизическое ноу-хау выявит геологические опасности на шельфе. Бизнес & класс. №2. 2012. http://bkgis.ru/papers/scientific-articles/461-geofizicheskoe-nou-hau-vyyavit-geologicheskie-opasnosti-na-shelfe.html
  10. Миронюк С. Г., Отто В. П. Газонасыщенные морские грунты и естественные газовыделения углеводородов: закономерности распространения и опасность для инженерных сооружений/Геориск, № 2. 2014. С. 8-18
  11. СП 11-114-2004 Инженерные изыскания на континентальном шельфе для строительства морских нефтегазопромысловых сооружений. М.: Госстрой России, 2004.
  12. СТО Газпром 2-3.7-050-2006(DNV-OS-F101. Морской стандарт. Подводные трубопроводные системы.
  13. Чистяков А. А., Щербаков Ф. А. Осадконакопление на подводных окраинах материков/Итоги науки и техники. Серия Общая геология. Том 18. М.: ВИНИТИ. 134 с.
  14. BrothersL.L., KelleyJ.T., Belknap D.F., Barnhardt W.A., Andrews B.D. and Maynard M.L. More than a century of bathymetric observations and present-day shallow sediment characterization in Belfast Bay, Maine, USA: implications for pockmark field longevity. Geo-Marine Letters, 2011. DOI 10.1007/s00367-011-0228-0.
  15. Hovland M. Elongated depressions associated with pockmarks in the Western Slope of the Norwegian Trench /Marine geology. Volume 51, Issues 1–2, February 1983, Pages 35-46.
  16. Hovland M, GardnerJ. V., JuddA. G. The significance of pockmarks to understanding fluid flow processes and geohazards /Geofluids. Volume 2, Issue 2. May 2002. Pages 127–136.
  17. Judd A., Hovland M. Seabed Fluid Flow. The Impact on Geology, Biology and the Marine Environment. Cambridge: Cambridge Univ. Press, 2007. 475 p.
  18. Iglesias J., Ercilla G., Garcia-Gil S. et al. Pockforms: evaluation of pockmark-like seabed features on the Landes Plateau, Bay of Biscay // Geo-Marine Letters. 2010. V. 30. № 3-4. P. 207-219.
  19. Olesen O., Dehls J., Bungum H. et al. Neotectonics in Norway, Final Report № 2000. 002. Geol. Surv. OfNorway, 2000. 135 p.
  20. Ozhigin V.K., Trofimov A.G. and Ivshin V.A.The Eastern Basin Water and currents in the Barents Sea. ICES Annual Science Conference, 2000. Extended Abstract.
  21. Panteleev G.G., Nechaev D.A. and Ikeda M. Reconstruction of summer Barents Sea circulation from climatological data. Atmosphere-Ocean, 44 (2), 2006, p.111-132.
  22. Pau M., Gisler G. and Hammer Ш. Experimental investigation of the hydrodynamics in pockmarks using particle tracking velocimetry. Geo-Marine Letters, 2014. DOI 10.1007/s00367-013-0348-9.
  23. Pau M. and Hammer Ш. [2013] Sediment mapping and long-term monitoring of currents and sediment fluxes in pockmarks in the Oslofjord, Norway. Marine Geology, 2013, 346, p. 262-273.
  24. Reidulv BшeLeif RiseDag Ottesen. Elongate depressions on the southern slope of the Norwegian Trench (Skagerrak): morphology and evolution/Marine Geology. Volume 146, Issues 1–4, April 1998, Pages 191–203.
  25. Sumanta Dandapath, Bishwajit Chakraborty, Siddaiah M. Karisiddaiah at al. Morphology of pockmarks along the western continental margin of India: employing multibeam bathymetry and backscatter data/ Mar. Petrol. Geol., vol.27(10); 2010; 2107-2117.